Нередко первое знакомство с произведениями чехова озадачивает

К заданию 15 Знаки препинания в предложениях с однородными членами - PDF

Нередко (1) первое знакомство с произведениями Чехова озадачивает. Кажется (2) и нечего рассказывать о них по прочтении. Фабула, сюжет?. художественной целостности произведения. д) Сложна . Нередко (1) первое знакомство с произведениями Чехова озадачивает. Кажется (2) и нечего. Укажите все цифры, на месте которых в предложениях должны стоять запятые. Нередко (1) первое знакомство с произведениями Чехова озадачивает.

Туча 1 нависшая 2 над высокими вершинами тополей 3 уже сыпала 4 моросящим дождиком. В эту минуту 1 в комнату для гостей 2 робко озираясь 3 вошла черноволосая девушка.

Опустившая голову 1 Анечка 2 неподвижно сидела в пуховом платке 3 бережно покрывавшем 4 ее плечи. Тревожные мысли мешали ему 1 внезапно возникая в неудобные часы 2 продолжить работу 3 над давно задуманной диссертацией. Около двух часов ночи 1 увидев призрак 2 витающей над ним смерти 3 он внезапно проснулся.

Мальчик наморщил лоб 1 улыбаясь застенчиво и рассеянно 2 и заковылял 3 к другому цветку 4 ставшему новым пристанищем бабочки.

А 1 сидевшие на последних рядах 2 зрители все хлопали и хлопали 3 не желая отпускать триумфаторов со сцены Укажите предложение, в котором есть вводное слово. А когда он отпускал тебе ваксу, не спрашивал, для чего, мол, барину нужна такая вакса? Девчонка воротилась, объявляя, что барышня почивала дурно, но что теперь ей легче.

Сегодня, как только проснулся, я позвонил Николаю, тренеру нашей школьной команды. Комендант хотел утром допросить арестанта, но урядник, воспользовавшись разгильдяйством охраны, убежал. Укажите предложение, в котором нет вводного слова словосочетания. Я воображал себя офицером гвардии, что, по моему мнению, было верхом благополучия человеческого.

Однако, перебравшись на противоположный берег, партизаны не нашли ни самого раненого, ни следов его пребывания Один из мальчиков вызвался сварить борщ: Чтобы успокоиться, вынул из холодильника три порции мороженого и, значит, все их сразу съел. В каком предложении правильно расставлены знаки препинания? Пять минут, а может быть, дольше смотрел он на знакомую рощу.

Провозился однако Анискин с упрямым мужичонкой часа два. Впрочем когда-то он был хорош и, безусловно, порядочный человек! Двери правда были открыты настежь. Однако, редактор хорошо помнил порядок абзацев в своей статье. По свидетельству моряков, норд-ост по мере удаления от Новороссийска быстро ослабевает. Должно быть зарево фейерверка было видно на много миль с моря. Вообще, говоря эдельвейсы похожи на маленькие звезды. В каком варианте ответа правильно указаны все цифры, на месте которых в предложении должны стоять запятые?

Туча 1 еще более синяя 2 однако 3 уже не страшная для нас 4 ушла на другой конец неба. Таинственность 1 окружавшая особняк 2 служила ему 3 более надежной 4 защитой, чем высокая каменная ограда. Уже успевшая переодеться 1 юная артистка 2 осторожно присев на краешек парты 3 отдыхала и приходила в себя 4 после невероятного успеха.

Столкнувшись с социальной несправедливостью 1 Ч. Диккенс не утратил 2 присущее ему 3 чувство юмора 4 продолжая интересоваться всеми сторонами 5 окружающей его действительности. Одновременно с фейерверком забили 1 фантастические фонтаны 2 теряясь в темноте 3 нависших над зеленой лужайкой 4 деревьев.

Охваченный охотничьим волнением 1 я побежал 2 держа ружье 3 наперевес 4 сквозь густой кустарник. Из-за 1 чернеющего на горизонте 2 леса поднимался 3 как бы угрожая природе 4 красноватый шар луны. В каком варианте ответа указаны все цифры, на месте которых в предложении должны стоять запятые? Нападая стаей 1 акулы кружат вокруг будущей добычи 2 описывая 3 постепенно сужающиеся 4 витки спирали и все увеличивая скорость.

В XIX веке неимущие дворяне 1 ограничившись скромным запасом знаний 2 полученных в каком-нибудь училище 3 стремились поступить на государственную службу 4 пополняя армию мелких чиновников. Расположив 1 сжавшиеся в комок 2 фигуры 3 сидящих рядом 4 мужчины и женщины б скульптор наполнил пластику скульптуры драматической эмоциональной силой.

В каком варианте ответа указаны все цифры, на месте которых в предложениях должны стоять запятые? По мнению ученых-египтологов 1 во II тысячелетии до н.

Однако 4 затем, как свидетельствуют исторические документы, производство этого металла резко сократилось. Неужели 5 египтяне перестали нуждаться в меди?

В каком варианте ответа правильно указаны все цифры, на месте которых в предложениях должны стоять запятые? Нередко 1 первое знакомство с произведениями Чехова озадачивает. Кажется 2 и нечего рассказывать о них по прочтении. Их 3 можно 4 изложить в двух словах. Герои Чехова с недоумением размышляют о том, почему Россия так мало знает о своих инженерах и естествоиспытателях, вообще о тех трудолюбивых и творческих людях, чьи имена не мелькают в газетах и в молве.

Но здесь-то, по-видимому, и скрыта настоящая трудность: Лобачевский же, Менделеев и особенно Циолковский опережали свое время по крайней мере на полвека, современники думали о них не больше, чем думали мы о теории относительности и А. Эйнштейне, пока не донеслось до нас эхо атомной войны. Об одном и том же городе, людях, о тех же улицах, дорогах, реках, лесах.

В будничном течении жизни перемены были почти незаметны: Но уже замигал электрический свет, и чеховские персонажи на первых порах запротестовали: Нет, брат, уж если ты даешь освещение, то ты давай не уголек, а что-нибудь существенное, этакое что-нибудь особенное, чтоб было за что взяться!

Ты давай огня — понимаешь? Становилось ясно, что предстоящая жизнь не будет походить на прошлую или нынешнюю, но будет гораздо богаче, по крайней мере в техническом отношении, бесконечно требовательнее к человеку и сложней.

Будущее стало предметом газетных обзоров и застольных бесед, оно казалось предсказуемым в каком-то новом, непривычном для людей календарном смысле, и чеховские персонажи говорили о необратимых последствиях этого будущего, об оскудении земли, рек и лесов, о слабосилии душ человеческих. Менялось отношение людей к религии, к церкви — наследственные духовные ценности таяли на глазах, в храмы ходить было незачем, и, хотя по-прежнему звонили дорогие, тяжелые колокола, сами храмы ветшали и старились, и начинало казаться, что их скоро снесут.

Все это происходило в реальной русской жизни, отражаясь в чеховском творчестве, и оно — при всей его фрагментарности — приобретало глубину и цельность летописания, и один из современников справедливо заметил, что если бы каким-нибудь чудом Россия исчезла вдруг с лица земли, то по рассказам Чехова ее можно было бы воссоздать до мельчайших подробностей.

Достоверность и точность — это действительно важно, и сам Чехов высоко ценил их, не прощал литературе даже мелких ошибок, даже незначительных отступлений от жизненной правды. Но здесь, в этой летописи, не одно только прошлое; здесь есть и то, что наступило лишь в наши дни, что входило в жизнь при нас и на наших глазах, и теперь нам кажется, что так было и раньше, во времена доктора Астрова, например, и мы не замечаем, что этот увлекающийся земский доктор опередил свое время почти на целый век.

Неэвклидова геометрия Лобачевского и космология Циолковского понадобились лишь в XX веке; современники не верили им: Я, голубчик, решил так, что если я даже этого не могу понять, то где ж мне про Бога понять… Пусть даже параллельные линии сойдутся и я сам это увижу: И слова-то такого не было в чеховском словаре: Русская наука 80—х годов обращена была в будущее и готовила будущее. Понимая это, правильнее понимаешь милые мечты о жизни, которая будет прекрасной через много веков, Войницкого и Вершинина с их иллюзиями и мечтами, всю чеховскую концепцию будущего: Это будущее в творчестве Чехова — не льстивая иллюзия, не праздная мечта, а неизбежность, противостоящая прошлому; что бы ни говорили Толстой и Достоевский, истинные ценности не потеряны, по еще не найдены человечеством, и, какой бы долгой ни была к ним дорога, ее придется пройти: Какое это соблазнительно простое и какое неверное решение вопроса — считать Чехова атеистом.

Без веры, без духовных ценностей, которые всегда назывались святыми, поскольку другого слова для них нет, без мысли о прошлом и надежды на будущее, без боли за ближних жить нельзя, как нельзя жить без совести, и никакие иллюзии тут ничего не изменят: Скажу только, что в вопросах, которые Вас занимают, важны не забытые слова, не идеализм, а сознание собственной чистоты.

Всегда серьезны обращения к слову Чехова и к его имени в записях его современников, людей большой науки. Вот слова, смысл которых, нужно надеяться, будет со временем понят и объяснен. Выставляют его лишь изредка, в дни чеховских юбилеев и торжеств. Портрет был заказан П. Первый вариант он забраковал.

Второй, проданный Третьякову, не нравился Чехову: Художник придал своей модели изящную, слегка манерную позу. Чехов тонет в старинном кресле с высокой бархатной спинкой. Худое, тонкое лицо склонено на бескровную руку; за стеклами пенсне — сухие, печальные.

Полотно выдержано в голубовато-мглистых тонах. Краски так холодны, как будто портрет внесли сюда прямо с мороза, и он в этом теплом и людном зале сразу заиндевел. Только пятна лессировки у щек тлеют бледным румянцем болезни. Он писал обобщенный тип российского интеллигента конца века: Размноженный в бесконечных копиях, портрет из Третьяковки стал обязательным, как документ.

К нему привыкли, и сила этой привычки столь велика, что реальные свидетельства о Чехове удивляют. Например, в отпускном билете, выданном в году Таганрогской мещанской управой, обозначен рост Чехова: А все кажется, что Чехов — это невысокий хрупкий человек, со слабой грудью, с негромким, хрипловатым от тяжелой легочной болезни голосом.

Обобщение темы "Пунктуация"

Ульянов, познакомившийся с Чеховым в году и захотевший написать его портрет, вспоминал: Но отказаться от мысли написать его портрет я уже не мог и потому решил изобразить хотя бы некоторые черты, хотя бы намек на тот ускользающий его духовный облик, который волновал меня все время.

Серов, который так же обожал Антона Павловича и когда-то сделал с него набросок. Этот набросок служил мне некоторое время подспорьем, хотя сам В. Обе эти работы, Ульянова и Серова, находятся в московском музее Чехова.

Бунин часто бывал в доме Чеховых, среди немногих, кто был принят там по-домашнему: И ходит, как барышня. Какое настроение владело Толстым, старым, чутким к слову и не столь уж щедрым на слова? Червинский, драматург и поэт. С появлением воспоминаний Горького облик Чехова словно бы затушеван сплошной скромностью — не осталось других черт, не было, например, места для той запомнившейся В.

Немировичу-Данченко небрежности, с какой он здоровался со знакомыми литераторами или актерами. Общее отношение к нему полнее других выразил, вероятно, Ф. Возьми извозчика и поезжай. А кроме того, я знаю, что я так оробею перед ним, что покажусь еще и совершенным дураком.

нередко первое знакомство с произведениями чехова озадачивает

Вот если бы ты свез меня к нему… Я не замедлил сделать это и убедился, что все была правда: Бунин бывал в Ялте после года, разделяя с родными боль и горе утраты: О Чехове написано такое множество воспоминаний, что один только их библиографический перечень составляет целую книжку; для издания их в полном виде понадобилось бы немало объемистых томов.

В сущности, это целая мемуарная библиотеками, погружаясь в ее каталог, невольно и с некоторым изумлением спрашиваешь себя: Какой многолюдной, прямо-таки перенаселенной была эта недолгая жизнь! Между тем в году Чехов писал В. В его записной книжке есть помета: В том-то и дело, что при всем многолюдстве и перенаселенности жизнь Чехова оставалась замкнутой для посторонних глаз, и мемуаристы не только не исчерпали ее содержания, но, кажется, даже не зачерпнули из главного ее течения, проходившего на недоступной глубине.

Так и случилось, что, например, Иван Щеглов, писатель, долго шедший в литературе по следам Чехова, все-таки написал после его смерти: Очень уж разные получались портреты, и, когда вчитываешься в старые мемуары, возникает впечатление, что Чеховых было много — почти столько же, сколько людей, писавших о.

Между тем в воспоминаниях, в сущности, нет предумышленной неправды, ни тем более расчетливого лжесвидетельства. Соразмерность или, по крайней мере, пропорциональность взгляда свойственна лишь мемуарам таких людей, как Короленко, Бунин, Горький или Немирович-Данченко, писавший о Чехове: Если же мемуарист, не совладав с высотой, упрощал или принижал ее, случалась беда: Ежов, юморист, у которого было 66 псевдонимов.

Он пришел в малую прессу по следам Чехова, долгие годы состоял с ним в переписке, подражал ему, бывал у. Казалось бы, уж кого-кого, а Чехова он знает. Мемуары Ежова, опубликованные в году, вызвала громкий скандал, долго не утихавший на страницах тогдашней печати. Его называли зоилом, клеветником. Он же был убежден, что написал о Чехове правду — одну правду, ничего, кроме правды; и он действительно написал правду, но не о Чехове, а о самом.

Чуть ли не Гоголь, чуть ли не Пушкин — подумать страшно, не то что сказать. О легкости чеховского пера среди осколочной молодежи ходили легенды: И платили ему — это Ежов превосходно помнил — гораздо больше, чем другим. Взять, к примеру, хотя бы и самого Ежова: Даже у нас на Плющихе и на Арбате в писчебумажных магазинах. Легкая слава, легкий успех. О Чехове говорили — Потемкин, баловень фортуны, временщик. И все прекрасно знали, что слава его ненадолго. Мало ли их перебывало в литературе, этих падучих звезд… Сам Ежов работал добродетельно и усердно.

В глубине души он знал, что время его придет, и на славу рассчитывал так же твердо, как чиновник рассчитывает на орден, на пенсию за выслугу лет. Завидовал ли он Чехову? Нет, писал он и простодушно подчеркивал: Но нельзя, чтобы слава давалась так беззаботно. Ежову, всю жизнь прикованному к своему столу тяжелой цепью усердия, это казалось святотатством. И если бы он выбирал для своих мемуаров эпиграф, то, конечно, остановился бы на пушкинском: Какие похвалы, какие преувеличения!

Он-то знал, что у Чехова была любовница, француженка, актриса, и еще другие любовницы. При жизни Чехова он молчал об этом, но теперь — нет, пусть общественное мнение хоть теперь узнает правду, потому что как семейный человек он этого никогда не одобрял. Чехов писал Ежову в году: Из этих двух пожеланий лишь первое исполнилось безусловно: Ежов умер в году, пережив Чехова на тридцать восемь лет.

Как литератор он забыт совершенно — и справедливо забыт. Он выбрал для себя роль Сальери, но, поскольку Ежов повторялся, трагедии не вышло. Он не был Сальери, он был Людофилом, но в конце концов — не капля яду, так ложка дегтю — разве не все равно? Он же сохранил для потомства злую фразу Суворина: У того же Щеглова вырывалось вдруг, как крик души: Автобиографические заметки, которые ему приходилось давать в последние годы жизни — то по просьбе редакции энциклопедического словаря, то в ответ на запросы переводчиков — написаны суховато и кратко, без всяких лирических подробностей.

Должно быть, такая сдержанность разочаровывала современников. Первый биограф Чехова — А. Сообщив, что дед писателя был из крепостных, он добавил, что о происхождении его фамилии сведений не сохранилось. Фамилия же эта была не Чехов, но Чех.

Дядя писателя, Митрофан Егорович, рассказывал: Здесь он, естественно, должен был искать покровительства кого-нибудь из сильных людей, которые его и закрепостили впоследствии, или же, женившись на крепостной, он тем самым закрепостил и прижитых от нее детей, сам, по своей воле, или же в силу требований закона.

При этом романтик-дядя прибавлял: Вероятно, Измайлов следовал не только семейному преданию, но еще и давнему обычаю биографов, привыкших объяснять гениальность причудами необычной наследственности.

Так уж одно за другим получилось: Родословная Чехова записана в официальных ревизских сказках слободы Ольховатки Острогожского уезда Воронежской губернии. Они сохранились до наших дней, хотя найдены сравнительно недавно. Здесь и значатся имена прямых предков Антона Чехова: Евстафий, Михаил, Егор, Афросинья, и боковые ветви семьи: Фамилии Чех в ревизских сказках.

Чехова было село Ольховатка Острогожского уезда Воронежской губернии. Младший сын Михаила Емельяновича Чехова — Василий — сельским хозяйством не занимался. Бунин в незавершенной книге о Чехове. Иконописью занимались и предки Чехова по материнской линии.

В году, получив в подарок от археолога академика Н. Последний из владельцев крепостной Ольховатки, В. Тогда же Чехов писал А. Немногочисленные известия рисуют его человеком сильной воли и высокого жизненного упорства. Он был из тех русских простолюдинов, которые на пути к знаниям способны были сворачивать горы. С большими препятствиями, прячась с дворовым грамотеем по хлевам и конюшням, он постиг грамоту… очень полюбил книги и читал чрезвычайно много, за что был часто бит.

Грамотность и хорошее знание сельского хозяйства позволили Егору Михайловичу выкупиться на волю и впоследствии занять место управляющего имениями графов Платовых в Приазовье, неподалеку от Таганрога, и вывести в люди своих сыновей.

Может быть, он даже изобрел комбинезон, но что значит опережать свой век: Родовые приметы явственно и сильно запечатлелись и в его внешнем облике, и во всем укладе его жизни — в разное время и совершенно независимо друг от друга Короленко и Куприн отметили в нем особую складку, как у деревенского парня, что-то простодушное, чрезвычайно русское в лице, в говоре и в оборотах речи. Ту же складку видел в Чехове и П.

Сергеенко ощущается все же и некая одноцветность, некая стилизация: Детство и юность Чехова прошли в Таганроге — небольшом портовом городе на степной окраине страны, у мелководного и теплого азовского лукоморья.

Сюда переселялись иноземные купцы, торговавшие вином и хлебом; Греция, Италия, Англия держали в городе свои консульства. Здесь ворочали миллионами, и было время, когда Таганрог соперничал с морской купеческой Одессой. У города были свои исторические реликвии, достопримечательности, памятные места. Его скоропостижная, при неясных обстоятельствах совершившаяся смерть породила легенду: Евгения Яковлевна, мать Антона Чехова, впоследствии рассказывала: Он предложил нам помещение в своем доме, и так мы и прожили у него на квартире несколько лет.

Дом генерала Панкова в Таганроге находился позади дворца Александра I… Смотрителем дворца в то время был некто Лаговский. У него была дочь Людмилочка… Чтобы нам веселее было играть вместе, Лаговский приказал прорубить в каменной стене калитку… Поэтому неправда, что будто бы эту калитку прорубил князь Воронцов по приказу Александра I, так как князь Воронцов жил тогда в доме Панкова, и Александру I затруднительно было ходить к нему в гости кругом.

Что касается Павла Егоровича, отца писателя, то в Таганроге он очутился не случайно. С юных лет избрав карьеру купца, он, естественно, стремился в город больших купцов и большой торговли.

В году, когда Чеховы вышли на волю, ему было шестнадцать лет. Он был предприимчив и трудолюбив, знал счетоводство и грамоту и вскоре, отделившись от отца, начал самостоятельную жизнь. К началу х годов слава Таганрога была уже позади.

Город пережил дни своего благоденствия и доцветал.

Чехов (fb2) | Флибуста

Таганрогский залив обмелел, тяжелые купеческие суда вынуждены были останавливаться на далеком морском рейде — это было невыгодно. Товары шли теперь по железной дороге, проложенной в обход, через Ростов — как утверждали, из-за нерасторопности таганрогского градоначальства. Промышленности в городе не было, он заметно пустел, набережные его зарастали сорной травой. Город жил памятью о миллионных состояниях своих купцов, людей темной, как у Марка Вальяно, а иногда и кровавой, как у одноглазого корсара Варваци, судьбы.

Неустанный в своих поучениях Павел Егорович писал Антону, которому было тогда семнадцать лет: Лучшие кварталы Таганрога были застроены каменными особняками, удачно воплощавшими в своем архитектурном облике идею крепости, точнее — идею сейфа, денежного сундука. Решетчатые ограды и решетки на окнах оберегали особняки от нескромного взора, от ночного вторжения; тротуары вокруг были вымощены изразцовыми плитками, по вечерам горели фонари — все было устроено так, чтобы ближние держались подальше.

Так жили Петровская, Александровская, Греческая улицы. В переулках Богудонья и Собачеевки, тонувших в распутицу в невылазной грязи, стояли саманные или мазаные, редко — кирпичные домишки без всякой архитектуры, обнесенные заборами в рост человека; с наступлением вечера окошки наглухо запирались и собаки спускались с цепей: Вспоминая таганрогские годы, Чехов заметил: В Таганроге он прожил девятнадцать первоначальных, решающих лет своей жизни, когда складывались основы характера, когда под натиском житейских невзгод и обид, под каждодневным влиянием обыденных впечатлений возникал его собственный взгляд на жизнь и вместе с ним зарождалось предчувствие судьбы и таланта.

О Таганроге Чехов говорил и писал много, и если его суждения звучат по-разному и временами противоречат друг другу, то это естественно: Между тем о чеховском Таганроге часто писали однотонно, выбирая либо черную, либо одну только белую краску.

Или, наоборот, как А. В реальном облике Таганрога было, конечно, и белое, и черное, но к этим крайностям подмешивалось множество других оттенков и красок. Была Итальянская опера — рассказывают даже, что гимназист Антон Чехов носил галстук такого же цвета и топа, как платье примадонны Беллати.

нередко первое знакомство с произведениями чехова озадачивает

Была отцовская лавка и скудный родительский очаг: И наконец одноэтажный собственный дом во 2-й Екатерининской части, на земле, подаренной дедом — Егором Михайловичем. Постройка этого дома сильно подорвала материальное положение семьи. Для Чехова Таганрог оказался таким же типичным и ярким воплощением России, каким для А. Островского было Замоскворечье, для Достоевского — Петербург. Бывший военной крепостью при Петре, Таганрог оставался своеобразной крепостью и при Чехове: Среди таганрогских гимназистов-младшеклассников, которым Чехов давал домашние уроки, был некий Петя Кравцов, приславший впоследствии своему репетитору следующее письмо: В семилетием возрасте Антон был определен в греческую школу.

Это был весьма своеобразный педагогический эксперимент: Было ему тогда уже полных восемь лет. Ему сшили мундир со светлыми пуговицами и проводили из дому. Прозвенел его первый звонок. Гимназический мундир шился по государственной выкройке, которая в дальнейшем употреблялась для чиновничьих, судейских, армейских мундиров; он был формой сословия, соблюдавшего форму с неукоснительной строгостью. Нужно полагать, Чехов внимательно выслушал и правильно понял речь своего директора.

Все дело в том, что Чехов представлял собою единственное в своем роде, неповторимое и полное исключение из правил; в его случае умозаключение следовало строить как раз наоборот, и догадаться об этом можно было уже в ранние годы. Было замечено, например, что, подчиняясь дисциплине, Чехов упорно, с каким-то юмористическим вызовом нарушал форму.

Носил, как положено было, мундир, но брюки были какого-нибудь неожиданного цвета. Эта провинциальная гимназия, как, впрочем, и сам Таганрог, остались в исторической памяти, поскольку там жил и учился Чехов. Но формальная логика потому и логика, что не знает исключений; отсюда противоречия в воспоминаниях и сочинениях о Чехове-гимназисте. Например, одноклассникам своим Чехов не запомнился. Так о нем и писали: Ни то, ни се.

И впоследствии это учлось как признак позднего созревания или, может быть, запоздалого развития. Но кому он был нужен в гимназии, этот бедняк, от природы сдержанный, замкнутый, гордый? Дети коммерсантов, маклеров, адвокатов, зубных врачей, практичные дети практичных родителей — зачем им было водиться с этим сыном разорившегося лавочника? И можно ли было его понять и серьезно к нему относиться, если на обычные вопросы о будущем он отвечал без тени улыбки: Вот если бы знать заранее, если бы можно было предвидеть, кем ему суждено стать — о, тогда совсем другое дело, тогда они подсели бы поближе, набились бы в друзья, запомнили бы и первые стихи, и название первой пьесы, и каждый час, каждую минуту, проведенную в обществе Чехова, потому что, как это выяснится на исходе жизни, только это время и стоило вспоминать, только оно одно имело историческую ценность.

Министр нашел, что выпуски в таганрогской гимназии были слишком многолюдными и что среди старшеклассников было слишком много заурядных людей. Атмосфера у вас удушающая, поганая. Разве вы педагоги, учителя?

А чаще всего так и делается, хотя известны другие чеховские суждения, имеющие прямой автобиографический смысл.

В году Чехов познакомился с московским учителем Козачковым, человеком забитым, запуганным циркулярами, горько жаловавшимся на начальство, которое педагогов переделало в фельдфебелей.

Уйти-то ушел, но запомнился, попал в круг прообразов Человека в футляре. Дышалось и в южной гимназии не всегда легко, но нужно быть справедливым: Иные из гимназических дисциплин — например, древнегреческий — выветрились из его памяти сразу же, но литература, русская и латинская грамматика, немецкий, закон Божий с его древним словарем оказались далеко не лишними для него: То же самое мог он сказать и о французском, который, как выяснилось и поездках во Францию, знал достаточно, чтобы не теряться в обиходной речи, просматривать газеты тогда бурно обсуждалось дело Дрейфусас увлечением растолковывать в письмах к сестре трудные для русского слуха оттенки французской фонетики.